Wikipedia

Накануне Нового года Владимир Путин подписал два закона об «иностранных агентах». Чем это грозит российскому гражданскому обществу, объясняет Amnesty International

В последние два месяца 2020 года российская Государственная дума приняла сразу несколько репрессивных законов. Два из них касались появившихся в российском законодательстве почти девять лет назад «иностранных агентов». В предпоследний день уходящего года президент Владимир Путин подписал оба этих закона (см. их разбор по отдельности).

Новые законы вводят дополнительные жёсткие ограничения на деятельность правозащитных организаций, организаций гражданского общества и рядовых активистов и направлены на их дальнейшую стигматизацию, а также установление практически полного контроля над гражданским обществом со стороны государства. 

Первое, что бросается в глаза – это замшелый дух закона. Создаётся впечатление, что законодатели вдохновились советскими практиками 1930-х годов, печально известных поисками и ликвидацией «врагов народа», «иностранных агентов» и шпионов, забыв, что на дворе XXI век с его глобализацией, широким международным сотрудничеством и развитыми стандартами в области прав человека. Нормы новых законов попирают эти стандарты, стигматизируя международное взаимодействие, исскусственно создавая образ внутреннего врага и фактически натравливая одни группы граждан на других.

Создаётся впечатление, что законодатели вдохновились советскими практиками 1930-х годов, печально известных поисками и ликвидацией «врагов народа», «иностранных агентов» и шпионов, забыв, что на дворе XXI век с его глобализацией, широким международным сотрудничеством и развитыми стандартами в области прав человека

Расширение круга «иностранных агентов»

Новое законодательство расширяет круг лиц и организаций, которые могут быть включены в реестр «иностранных агентов» — это понятие появилось в российском законодательстве почти девять лет назад, — и распространяет на них уже существующие санкции за нарушение законодательства об «иноагентах», вплоть до уголовных. Теперь «иностранными агентами» могут быть признаны незарегистрированные общественные объединения – движения и неформальные группы. Кроме того, уточняется, кто может попасть в реестр физлиц-«иностранных агентов».

Также расширяется перечень оснований, по которым денежные средства или иная помощь, полученная организацией или физическим лицом, может быть признана «иностранной». Теперь иностранным финансированием будет считаться и средства, полученные через посредника – российского гражданина или юридического лица, которые «осуществляют [их] передачу […] от иностранного источника либо уполномоченного им лица» Таким образом, добавляются риски в том числе при фандрайзинге организаций гражданского общества внутри России.

При исключительно широком толковании законодателем политической деятельности и её форм, включающих, например, участие в публичном мероприятии, обращение в органы государственной власти и даже распространение мнений о решениях органов власти, с одной стороны, и необъятном определении иностранного финансирования, с другой, практически каждый гражданин рискует однажды проснуться «иностранным агентом». В декабре прошлого года так уже случилось с тремя независимыми журналистами, Денисом Камалягиным, Сергеем Маркеловым, Людмилой Савицкой, известным правозащитником Львом Пономарёвым и активисткой из Санкт-Петербурга Дарьей Апохончич. Они были включены в реестр «иностранных агентов» на основании уже существующих норм, как физлица-«СМИ-иноагенты», прописанные в законе «О средствах массовой информации» в 2019 году.

Таким образом, можно предположить, что поучаствовав в семинаре ООН или Совета Европы, например, по предотвращению домашнего насилия (это можно будет посчитать «воздействием», а в случае оплаты билета и проживания, и «иностранным финансированием»), и написав затем обращение в государственные органы с предложениями об усовершенствовании работы женских кризисных центров (это уже «политическая деятельность»), человек рискует попасть в «иноагенты». Абсурдность и намеренная жестокость нового законодательства очевидна. 

Как показывает опыт применения закона об «иноагентах» 2012 года, указание в законе на то, что деятельность в определенных сферах не является политической также не гарантирует защиту  от произвола: и экологические, и социально-ориентированные НКО, которые якобы выведены из-под действия закона об «иноагентах», были в свое время включены в реестр.

Кроме того, вводится совсем уже «шпионское» положение о сборе сведений в военной и военно-технической области – за такую деятельность на иностранные деньги или под иностранным «воздействием» также можно попасть в реестр «иноагентов». Но тут всё может быть гораздо прозаичней и связано не с противодействием угрозам национальной безопасности РФ, как это продекларировал законодатель, а с покрывательством возможных нарушений прав человека, совершённых в контексте военных операций, при испытаниях новых видов вооружения и в других подобных ситуациях.

Попасть в реестр «иностранных агентов» отныне рискуют и иностранные граждане, включая в определенных случаях и иностранных журналистов. В этом случае иностранцы-«иностранные агенты» должны заранее уведомлять Минюст России о своём прибытии в страну в случае, если они планируют осуществлять там свою «иноагентскую» деятельность.

Пока неясно, означает ли это только техническую регистрацию в реестре и может ли это привести к запрету или пресечению занятия определенной деятельностью в России.  

Ужесточение регулирования деятельности «иностранных агентов»

Нововведения усложняют жизнь и зарегистрированных НКО-«иностранных агентов»: они должны будут указывать в своих отчётах не только персональный состав руководящих органов, но и всех сотрудников. Расширяются основания для проверки организации, а длительность проверки может быть продлена до 45 дней.

Незарегистрированным общественным объединениям и физическим лицам предлагается в добровольном порядке регистрироваться как «иностранным агентам», но исходя из смысла как самого нового закона о физлицах-«иноагентах» и общественных объединениях-«иноагентах» и опыта применения закона «материнского» об «иностранных агентах» 2012 года, следует ожидать волну проверок и принудительное включение объединений в реестр «иноагентов». Вероятно, следует ожидать и очередную волну непосильных штрафов в отношении «нарушителей».

Физическим лицам, также как и общественным объединениям, предлагается самим подавать заявление в Минюст о внесении в реестр «иноагентов». Однако у Минюста есть также право делать это самостоятельно «в случае выявления деятельности лица, выполняющего функции иностранного агента». Пока неясно, каким способом и в каком порядке Минюст будет выявлять «иноагентов»-физических лиц. Представляется, что официальные проверки, как в случае с НКО, здесь будут неуместны.

Ужесточая регулирование деятельности незарегистрированных общественных объединений, власти пытаются таким образом устранить существовавшую до сих пор возможность для зарегистрированных организаций, объявленных «иностранными агентами», изменить статус и продолжить свою работу, избежав, таким образом, стигмы и позорного ярлыка.

По сути, российские власти создают дополнительные барьеры для коммуникации гражданского общества и делают всё, чтобы лишить неугодные им организации, правозащитников и активистов площадок для выражения мнения, культивировать недоверие к правозащите и правозащитникам со стороны широких слоев населения. 

Российские власти создают дополнительные барьеры для коммуникации гражданского общества и делают всё, чтобы лишить неугодные им организации, правозащитников и активистов площадок для выражения мнения, культивировать недоверие к правозащите и правозащитникам со стороны широких слоев населения

Ужесточение уголовного наказания

Отдельно следует отметить ужесточение наказания за несоблюдение требований законодательства об «иностранных агентах».

Если ранее предполагаемых «иностранных агентов» принуждали к «добровольной» регистрации под угрозой неподъемных штрафов, то на сей раз законодатель решил повысить ставки. Теперь на кону не только финансовое благополучие, но и свобода. За «злостное уклонение» от предоставления документов, необходимых для включения в реестр «иноагентов», теперь можно лишать свободы на срок до двух лет.

Такого рода давление недопустимо, и является прямым нарушением прав на свободу ассоциаций и свободу выражения мнений. Само законодательство об «иностранных агетах» нарушает ряд основополагающих прав и свобод человека, включая право на свободу объединения и право на свободу слова. Оно должно быть отменено, а государственное регулирование деятельности НКО, общественных объединений и средств массовой информации должно быть приведено в соответствие с международными обязательствами России в области прав человека. Первым шагом на пути отмены законодательства об «иностранных агентах» должна стать полная отмена статьи 330.1 УК РФ.  

Автор — исследователь Amnesty International по России Наталья Прилуцкая.