Фото: Amnesty International

«Практика и теория должны идти рука об руку». Координатор обучающих программ Amnesty International в Европе Стася Денисова рассказывает о своём уголовном деле и силе образования в области прав человека

Российские власти пытались помешать Денисовой защищать меньшинства, но весь её опыт лишь укрепил её в желании отстаивать права человека и учить других делать то же самое. Сейчас она использует образование в области прав человека, чтобы личным примером воодушевлять активистов и развивать их потенциал.

Детство Стаси Денисовой прошло в многонациональном Краснодарском крае на Черноморском побережье России и было отмечено рознью и межэтнической напряжённостью и конфликтами. С ранних лет она наблюдала проблемы с правами меньшинств, и ей хотелось противостоять виденной ею повсеместной ненависти и дискриминации определённых этнических групп.

«Меня всегда очень волновала тема Холокоста и национальных чисток советского времени, — рассказывает Денисова. — В годы сталинского правления мою литовскую бабушку, которой было тогда 18 лет, выслали в Сибирь вместе со множеством других людей. До самой своей смерти они отказывалась рассказывать мне подробности того периода — настолько невыносимо это всё было для неё». Эта трагическая семейная история побудила её действовать: «В начале 2000-х годов каждое нападение на иностранного студента, каждая ненавистническая статья в местной газете, обращённая против этнических меньшинств, каждая свастика на заборе как бы говорила мне, что нужно что-то делать, чтобы не допустить новых этнических чисток, депортаций и войны».

В начале нулевых годов в местных краснодарских СМИ стала постоянно всплывать тема турок-месхетинцев. Турки-месхетинцы изначально родом из Грузии, но в сталинские годы они были принудительно депортированы в Центральную Азию. В 1980-х годах им пришлось бежать оттуда из-за Ферганских погромов. В качестве беженцев они оказались в российском Краснодарском крае, расположенном недалеко от их родной Грузии, но не нашли дома и там. Помимо большой разницы в укладе, отделявшей их от местных жителей, сложности для них заключались в том, что им отказывали в местной прописке — регистрации, которая открывает доступ к медицинским услугам, позволяет работать, водить машину, вступать в брак, покупать собственность. С теми же проблемами сталкивались и другие этнические группы (езиды, хемшилы). Однако будучи гораздо большей группой, турки-месхетинцы создавали и большую проблему, о которой негативно отзывались как местные СМИ, так и местные власти.

Видя такую несправедливость, Денисова и её друзья по университету решили действовать. Вместе они создали собственную НКО — молодёжную группу за толерантность «ЭТнИКА». Одним из первых проектов организации «ЭТнИКА» стал летний лагерь для детей русских, езидов, хемшилов и турок-месхетинцев. В задачи лагеря входило наладить между ними культурное взаимопонимание, создать ещё одну линию диалога, которая позволила бы бороться с дискриминацией, продемонстрировать ценность толерантности.

Иллюстрации в поддержку Стаси Денисовой во время суда над ней. © Леонид Строжук

Кардинальное изменение ситуации к лучшему произошло, когда в дело вмешалось Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев, и тысячи турок-месхетинцев получили убежище и были переселены в США. К сожалению, для других этнических групп подобных условий создано не было даже несмотря на то, что страдали они от той же самой несправедливости. «ЭТнИКА» продолжала работать на местном уровне, поддерживая меньшинства и занимаясь разными инициативами, начиная со смывания ненавистнической символики с улиц и заканчивая мониторингом нарушений прав человека в отношении национальных меньшинств вместе с известным Правозащитным центром «Мемориал».

Как раз в этот период организации «ЭТнИКА» начали поступать угрозы.

«Сначала мне стали поступать анонимные звонки. Потом я заметила, что за мной повсюду начали ездить машины без номеров, — вспоминает Денисова. — К нашим волонтёрам обращались представители властей и требовали рассказывать о внутренних решениях. В газетах выходили статьи со множеством оскорблений и запугиваний».

Затем Денисову не выпустили в Вену, где она должна была выступать с рассказом о дискриминации этнических меньшинств. В другой раз, когда она возвращалась в страну, её и одного журналиста задержали на границе и допрашивали о её правозащитной деятельности на протяжении восьми часов.

И вот однажды в 6 часов утра к ней в квартиру пришли с обыском. У неё изъяли всю электронику. На вопрос, почему, полицейские ей сообщили, что от юриста компании Microsoft поступила жалоба на то, что она якобы нарушает авторские права Microsoft, используя нелицензионное программное обеспечение на ноутбуках организации «ЭТнИКА». С этого момента Денисовой пришлось бороться за свои собственные права.

Изучив содержимое компьютеров, правоохранительные органы заявили, что нашли доказательства нарушения авторских прав, что карается лишением свободы на срок до шести лет. С Денисовой взяли подписку о невыезде и постоянно вызывали на допросы. Она понимала, что обвинения надуманы и что реальной целью властей было заставить молчать правозащитников и несогласных с действиями государства. Вместе с тем ситуация, в которой оказалась Денисова, быстро выходила из-под контроля, поскольку обвинения начали сказываться на её личной и профессиональной жизни.

Из-за возбуждённого против неё дела её уволили с работы из университета, где она преподавала английский, и она разом лишилась существенного источника доходов. Кроме того, ей не позволили защитить кандидатскую диссертацию. Она начала чувствовать себя настоящей преступницей — как будто и впрямь совершила нечто предосудительное.

Стася пытается защищать права человека, одновременно защищаясь от ложных обвинений. © Леонид Строжук

Денисова вспоминает те трудные времена: «Это было действительно непростое время для меня и моей семьи. Я чувствовала себя ужасно. Несмотря на то что я на 100% была уверена, что не нарушала никаких законов, меня заставляли чувствовать, что, может, я в самом деле какая-то преступница, раз так считает следствие. Это было ужасное чувство. Я ходила в надвинутой на глаза шапке, чтобы меня не узнали мои многочисленные студенты и их родители. После того как полиция ворвалась к нам в квартиру, у мамы случился микроинсульт, и я считала, что это полностью на моей совести».

Спустя восемь месяцев непрерывных допросов и мучений её дело передали в суд. Денисова волновалась. «В России выносится меньше 0,5% оправдательных приговоров, и большинство дел заканчиваются обвинительными приговорами, особенно если в этом заинтересованы власти», — поясняет она.

Параллельно с этим в мире разворачивалась кампания в её поддержку. Тысячи людей по всему миру хотели помочь. В Москве её друзья, преподававшие в университете, рассказывали о её деле своим студентам. Два студента-юриста заинтересовались её историей и решили разобраться в ней. Именно они стали двумя самыми главными её сторонниками как в профессиональном смысле —  благодаря тому, что оказывали помощь её адвокату, так и в личном плане — они были рядом, когда больше никого не было.

Денисова поясняет: «В российских регионах, за пределами Москвы твоё дело — это урок остальным. Активисты и журналисты боятся вступаться за тебя и вести себя, как ты, поскольку понимают, что могут столкнуться с теми же самыми последствиями». И всё же столь необходимая поддержка существовала: «Мне поступало множество звонков и открыток в знак солидарности и поддержки. Когда Маша и Егор [два студента из Москвы] приехали в Краснодар и пробыли со мной на протяжении нескольких допросов и суда, это было для меня огромной поддержкой», — отмечает она.

Оказалось, однако, что её дело — не единичный случай. Однажды с нею связался журналист The New York Times Клиффорд Леви и рассказал, что по всей России по жалобам компании Microsoft возбуждена целая череда дел, причём многие из них — против НКО и других лиц, не согласных с политикой властей.

Пока Леви вёл своё расследование, дело Денисовой дошло до суда. Благодаря громкой кампании в её поддержку и наблюдателям на судебном процессе, судья признал многочисленные нарушения и ошибки в работе следствия и потребовал провести новое расследование. Тем временем компания Microsoft столкнулась с общественным осуждением в США и оказалась в щекотливом положении из-за дела Денисовой. Вместе с тем даже если бы компания Microsoft отозвала своё заявление, это не остановило бы уголовное дело, поскольку нарушение авторских прав — серьёзное преступление. После длительных переговоров было найдено решение: компания Microsoft предоставила бесплатные лицензии НКО и небольшим СМИ в России и ещё 16 странах с репрессивными режимами. В Лондоне была открыта горячая линия, на которую можно было сообщать о нарушениях этого соглашения. Дело начало разваливаться.

Иллюстрация к процессу по делу Стаси Денисовой © Леонид Строжук

В мае 2010 года все обвинения были внезапно сняты, и Денисова стала свободной женщиной. Прокурор написал ей письмо с извинениями от имени Российской Федерации. Однако вред уже был нанесён. Её НКО закрылась, работу она потеряла. Несмотря на это, Денисова сохранила оптимизм и вернулась к правозащите.

Но вскоре власти вновь дали о себе знать. Не прошло и нескольких месяцев, как осенью 2010 года её обвинили в возбуждении ненависти к органам власти в связи с тем, что в её докладе о дискриминации меньшинств рассказывалось о роли разного рода органов власти. Этого оказалось достаточным, чтобы признать его «экстремистским» и попытаться отправить её за решётку.

В течение нескольких дней Денисова собрала чемоданы и покинула регион. Оттуда она уехала в Москву, где ей помогли другие активисты. В то время как она уже раздумывала над тем, чтобы просить убежища за рубежом, дело в отношении неё в родном регионе внезапно прекратили. Всё, что от неё хотели, — чтобы она исчезла вместе со своей разоблачительной деятельностью.

По словам Денисовой, её собственная судьба лишь укрепила её в желании ещё активней заниматься правозащитой. Она начала работать с беженцами и преподавать в Московской открытой школе прав человека. Она хотела, чтобы все люди знали о своих правах и были подготовлены к тому, чтобы отстаивать свои права и права других людей, проявлять солидарность и действовать. «Если бы у меня не было опыта мониторинга положения этнических меньшинств, если бы мне не пришлось бороться за себя, если бы я не защищала на протяжении последних семи лет права беженцев в миграционной службе и судах, я бы не смогла обучать правам человека, — говорит Денисова. — Практика и теория должны идти рука об руку, и образование в области прав человека позволяет нам формировать новое поколение бесстрашных активистов».

Её борьба изменила ситуацию. «Мои мучения были не напрасны, — замечает она. — Схема работы Microsoft изменилась. На горячую линию в Лондоне поступило много звонков, и это помогло изменить судьбу множества НКО». Её победа также научила людей вступаться за других, придала им мужества действовать в защиту прав человека.

Сейчас Денисова активно обучает правам человека в Amnesty International. Она продолжает бороться за соблюдение прав человека в России. «Суд — важное место, позволяющее отследить, где происходят нарушения прав человека. Это место, где несправедливость можно вывести на свет», — к такому выводу она пришла из собственного опыта. Сейчас она сама наблюдает за судебными процессами и учит других тому, как важен судебный мониторинг, как важно поддерживать несправедливо обвинённых людей и напоминать властям, что за ними всё время пристально следят, как важно не допускать несправедливости в отношении тех, кто борется за права человека.

Вдохновлённая тем, как активисты по всему миру знакомятся со своими правами и распространяют правозащитную культуру, серия «Преобразующая сила образования в области прав человека» рассказывает о том, какими путями правозащитники приходят в инициативы Amnesty International, посвящённые образованию в области прав человека (ОПЧ). Эта серия демонстрирует преобразующую силу ОПЧ и рассказывает о деятельности, которой продолжают заниматься активисты.

Стася Денисова — правозащитница из России.