Фото: Iris Tong/WikiMedia Commons

Amnesty International больше нет в Гонконге, однако и во тьме останется свет. Письмо правозащитницы Чоу Хан Тун из тюрьмы

Автор: Чоу Хан Тун, правозащитница, организатор ежегодных акций памяти о событиях на площади Тяньаньмэнь в Пекине, адвокат, в настоящее время отбывает срок в тюрьме в Гонконге

Печально сознавать, что Amnesty International закрыла своё представительство в Гонконге, ведь организация проработала в моём городе больше 40 лет. Amnesty International очень важна для меня, и не только потому что ведёт кампанию по моему освобождению из тюрьмы, куда меня отправили в прошлом году.

Amnesty International всегда была для меня окном, из которого открываются международные перспективы моей правозащитной деятельности. Видеть, как организация уходит – всё равно что наблюдать, как исчезают осколки меня самой, оставляя после себя лишь пустой остов, плавающий среди обломков.

История моего сотрудничества с Amnesty International началась не в Гонконге, а в Великобритании, когда я ещё училась в Кембридже. В то время, будучи наивной студенткой, я думала, что есть множество общественных организаций, которые занимаются исключительно темой подавления восстания на площадиТяньаньмэнь и прочими вопросами, связанными с Китаем.

Не найдя ни одного, специализирующегося на данной теме, я вступила в Amnesty International при Кембриджском университете (CUAI).

И только после того как я вступила в организацию, я узнала, что Amnesty International является крупнейшей правозащитной организацией с миллионами членов больше чем в ста странах мира, которая демократическими методами решает, какими вопросами и направлениями заниматься и не зависит от каких бы то ни было политических сил и государственных структур. Я даже представить себе не могла, какой колоссальной силой единения может обладать идея.

Действующий в организации коллегиальный подход способен преодолевать культурные различия и границы, помогая простым людям сплотиться в такую силу, которой не может пренебречь ни одна страна. Мне хватило духу баллотироваться в исполнительный комитет и стать одним из его членов, после чего организовывать марафоны писем в поддержку узников совести из разных стран мира, а также выставки, лекции, дебаты, показы фильмов, мероприятия по сбору средств, даже соревнования по написанию писем.

Мне нравилось, что я одна и вместе с другими людьми могу внести вклад в борьбу с несправедливостью.

Мне нравилось, что я одна и вместе с другими людьми могу внести вклад в борьбу с несправедливостью.

Поистине легендарная акция CUAI – КЛЕТКА! Группу студентов по очереди запирают в клетке, которую на 24 часа устанавливают перед Королевским колледжем, и они просят прохожих принять участие в акциях, подписать петиции или сделать пожертвование. Теперь я сама одна из тех узников совести, в поддержку которых мы выступали, и я на самом деле сплю на жёсткой койке в тюрьме. Но мне не так уж и неудобно.

В CUAI царит полная свобода, и моя первая попытка организовать в Кембридже памятную акцию в честь годовщины событий 4 июня прошла под покровительством CUAI. Amnesty International вдохновила меня на правозащитную работу. Если бы в моей жизни не было того времени экспериментов и накопления опыта, я, возможно, не стала бы тем, кто я есть.

По возвращении в Гонконг в 2010 году я представляла Amnesty International, работая с коллегами со всего мира. Я поняла, что чем больше узнаёшь истории жизни и борьбы других людей, тем меньше зацикливаешься на собственных проблемах. Всё это помогает понять, что ты не один.

В течение десяти лет я активно участвовала в работе Гонконгского альянса в поддержку патриотического демократического движения в Китае (Альянс), который организовывал памятные акции в честь событий на площади Тяньаньмэнь до тех пор, пока в прошлом году Альянсу не пришлось прекратить свою работу, при этом многие из известнейших членов нашей организации были задержаны.

Альянсу бесконечно далеко до Amnesty International. Это была небольшая организация, сфокусированная на единственной проблеме, во главе которой стояла горстка преданных энтузиастов, однако Альянс уважают и любят в Гонконге.

Я застала время, когда Гонконг был открытым и плюралистическим, когда к всемирным правозащитным организациям не относились враждебно и с подозрением из-за их международного статуса.

Я застала время, когда Гонконг был открытым и плюралистическим, когда к всемирным правозащитным организациям не относились враждебно и с подозрением из-за их международного статуса

Люди могли участвовать в местных, и в международных организациях, сотрудничать и взаимодействовать с самыми разными сообществами, благодаря чему опыт, полученный в разных условиях, дополнял друг друга, а гражданское общество в целом могло расти и развиваться в условиях многообразия и обмена информацией, что делало Гонконг поистине мировым центром.

Это не тот Гонконг, который предстоит унаследовать следующему поколению. Если говорить об обществе, Гонконг движется в диаметрально противоположном направлении: здесь отрицают многообразие, враждебно настроены по отношению к иностранным мнениям, а разобщённое и разбитое гражданское общество всё больше и больше боится сотрудничества между своими участниками. Всё это лишает такие организации как моя шансов на выживание, как бы мы этого не хотели.

Уход Amnesty International – недвусмысленный тревожный сигнал всему миру, свидетельствующий о том, в каком плачевном состоянии находятся права человека в Гонконге. Больше нет смысла притворяться, будто тут осталась свобода.