Фото: ISAAC LAWRENCE/AFP via Getty Images

Доклад Amnesty International 2021/22. Обзор ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе

В течение года в нескольких странах Азиатско-Тихоокеанского региона ситуация с правами человека ухудшилась до полномасштабного кризиса. В Мьянме военные с крайней жестокостью отреагировали на массовые выступления против военного переворота, произошедшего в феврале: сотни людей были убиты, тысячи произвольно задержаны. Августовский захват власти в Афганистане «Талибаном» сопровождался военными преступлениями, женщины и девочки резко лишились своих прав и свобод, завоёванных дорогой ценой. В китайском Синьцзяне не прекращались преступления против человечности в отношении мусульман. В целом в Китае положение с правами человека ухудшилось, особенно в Гонконге. Все эти катастрофы в области прав человека стали прямым следствием многолетнего нежелания правительств соблюдать права человека и привлекать виновных в их нарушении к ответственности.

Власти многих стран по-прежнему использовали пандемию коронавируса как предлог, чтобы ущемлять права. В нескольких государствах были приняты новые законы об уголовной ответственности за распространение «фейков» и «ложной» информации о коронавирусе, а существующие нормы применялись, чтобы заставлять критиков молчать и не допускать протестов либо разгонять их.

Так проявлялся рост нетерпимости к инакомыслию в регионе. Во многих странах ужесточился контроль над СМИ и интернетом. Политические оппоненты и прочие критики государственной политики и действий властей сталкивались со всё более суровыми ограничениями и наказаниями. К мирным протестующим часто применялась чрезмерная сила, а государства в регионе не только не защищали права правозащитников, но и активно мешали им заниматься их важнейшей работой.

Во многих странах власти оказались не готовы к новым вспышкам коронавируса. Недофинансирование здравоохранения, нежелание бороться с коррупцией и защищать трудовые права медицинских работников — всё это привело к неоказанию надлежащей медицинской помощи тысячам человек и предотвратимым смертям.

Помимо Афганистана, положение женщин и девочек ухудшилось и во многих других странах из-за пандемии и связанных с нею ограничений. В отсутствие надлежащей социальной помощи ещё сильнее обеднели женщины, занятые в неформальном секторе экономики. По всему региону женщины и девочки сталкивались с высоким уровнем сексуального и гендерно обусловленного насилия, а его виновники никогда или почти никогда не несли никакой ответственности. В ряде стран разворачивались кампании против ЛГБТИ. Коренные народы региона страдали от последствий деградации окружающей среды.

В Афганистане и Мьянме десятки тысяч человек были принудительно перемещены или вынуждены искать убежища за рубежом. Между тем многих людей незаконно вернули из соседних стран туда, где им угрожают серьёзные нарушения их прав человека. Власти некоторых других государств отказывали во въезде просителям убежища, задерживали беженцев и мигрантов и подвергали их жестокому обращению. 

Подавление инакомыслия

В Азиатско-Тихоокеанском регионе оставалось всё меньше пространства для инакомыслия. Новое военное правительство Мьянмы стремилось заставить замолчать противников военного переворота: происходили жестокие разгоны акций протеста, проходивших по всей стране, членов бывшей правящей партии и продемократических активистов задерживали. Сразу после захвата власти в Афганистане «Талибан» ограничил свободу СМИ и с применением силы начал разгонять протесты против его политики. В Северной Корее любого, в ком власти видели угрозу руководству страны или её политической системе, интернировали в тюрьмы либо приговаривали к «перевоспитанию трудом». Во многих других странах власти преследовали, задерживали, арестовывали, а иногда и убивали своих политических оппонентов и критиков.

Свобода выражения мнений

Власти государств по-прежнему оправдывали репрессивные законы и другие меры, неправомерно ограничивавшие свободу выражения мнений, необходимостью пресекать дезинформацию о коронавирусе. Власти Малайзии издали распоряжение, которым наделили государственные органы неограниченными полномочиями затыкать рот критикам под предлогом предотвращения «фейковых новостей» о коронавирусе. Власти Китая, Бангладеш, Фиджи и Вьетнама задерживали и привлекали к ответственности людей, критиковавших антиковидные меры. На Шри-Ланке власти угрожали дисциплинарными взысканиями работникам здравоохранения, которые делились со СМИ своими опасениями по поводу мер, принимаемых в связи с коронавирусом.

По всему региону велась атака на независимые СМИ. В Мьянме военные власти закрывали новостные издания, отзывали лицензии у СМИ, задерживали журналистов. Журналистов также арестовывали, избивали и подвергали гонениям в Афганистане, где новые правила для СМИ фактически запретили всякую критику «Талибана». К октябрю там были закрыты более 200 СМИ.

Власти Сингапура подавали иски о клевете к блогерам и журналистам; из-за надуманных финансовых претензий был закрыт независимый новостной сайт The Online Citizen. В Индии власти пришли с проверками в офисы ежедневного издания, выходящего на хинди, после того как оно рассказало о массовом сбросе тел умерших от коронавируса в реку Ганг. Работа филиппинской журналистки Марии Рессы была удостоена Нобелевской премии мира, однако на родине ей грозили десятки лет тюрьмы по делам, возбуждённым против неё за критику властей.

Во многих странах власти стремились ещё сильнее контролировать доступ к прочей информации в интернете и её распространение. В Сингапуре был принят новый закон, наделяющий государственные органы полномочиями удалять либо блокировать онлайн-контент по подозрению в «иностранном вмешательстве». В Камбодже по новому законодательству весь интернет-трафик должен теперь проходить через некий контролирующий орган, уполномоченный отслеживать сетевую активность. Власти Китая распорядились, чтобы интернет-провайдеры закрыли доступ к сайтам, которые создают «угрозу национальной безопасности», и заблокировали приложения, в которых обсуждались такие неоднозначные темы, как ситуация в Синьцзяне и Гонконге. В Пакистане тоже было принято драконовское законодательство о цензуре в интернете.

Власти многих стран также применяли существующие нормы, чтобы задерживать и привлекать к ответственности диссидентов, включая журналистов, активистов, преподавателей. Так, в Индонезии по закону «Об электронной информации и транзакциях», который предусматривает до шести лет лишения свободы, были привлечены к ответственности как минимум 100 человек за правомерную критику официальной политики или действий властей. Председателя Amnesty International — Индия Аакара Патела арестовали по обвинению в «возбуждении несогласия между общинами» после того, как он написал твит о враждебном отношении некоторых членов правящей партии к мусульманам-гханчи. Власти Непала применяли закон «Об электронных транзакциях», чтобы произвольно задерживать критиков правительства и лидеров правящей партии. После двухлетнего перерыва власти Таиланда снова начали применять законы об оскорблении величества. Среди более чем 116 человек, привлечённых к ответственности по этим законам за критику монархии, оказалась бывшая государственная служащая, которую приговорили к 87 годам заключения.

Свобода собраний и объединений

По всему региону прокатились волны политических протестов и протестов в связи с провалами в борьбе с пандемией, несоблюдением трудовых прав и прочими проблемами.

В ряде стран антиковидные правила применялись, чтобы не допускать мирных протестов либо разгонять их. В Малайзии власти использовали законы о контроле за заболеваемостью коронавирусом и прочие нормы, чтобы ещё сильнее ограничивать права на мирные собрания: среди прочего, были произвольно разогнаны пикеты в память о скончавшихся от коронавируса, а их участников подвергли притеснениям, задержаниям и штрафам. На Мальдивах при разгонах протестов — особенно тех из них, что были организованы политической оппозицией, — власти тоже ссылались на санитарные меры, введённые из-за ковида. В Монголии запреты демонстраций из-за антиковидных ограничений использовались для того, чтобы произвольно разгонять мирные протесты и задерживать, арестовывать и штрафовать организаторов.

Как минимум в 10 странах региона против мирных демонстрантов применялась чрезмерная сила. В Мьянме военные прибегали к крайним формам насилия в ответ на охватившие страну протесты против переворота: против участников мирных выступлений применялись такие смертоносные тактики и вооружения, которые уместны лишь на поле боя. По состоянию на конец года число убитых демонстрантов приблизилось там к 1400.

В Индии полицейские в августе избили палками фермеров, мирно протестовавших против спорных законов о фермерстве. В Индонезии сотрудники силовых структур применили водомёты, резиновые дубинки и резиновые пули для разгона мирных выступлений против продления в июле закона об особой автономии Папуа.

В Таиланде отряды полиции особого назначения неоднократно применяли силовые методы против протестующих, которые требовали политических реформ и более разумных антиковидных мер: по демонстрантам, случайным прохожим и журналистам неизбирательно стреляли с небольшого расстояния резиновыми пулями и гранатами со слезоточивым газом. Во время одного такого инцидента, когда по манифестантам был открыт огонь боевыми патронами, были ранены несколько детей и один ребёнок погиб. В Пакистане из-за того, что правоохранители применяли к участникам выступлений (в том числе в защиту прав пуштунов) чрезмерную силу, были ранены десятки человек, как минимум один погиб.

Новые удары также были нанесены по правам на свободу объединений, когда власти стран региона расширили спектр мер, применяемых против политических партий и активистов, профсоюзов и неправительственных организаций.

В Камбодже состоялись массовые суды над членами запрещённой оппозиционной Партии национального спасения Камбоджи: девять её высокопоставленных руководителей были заочно признаны виновными и приговорены к срокам до 25 лет лишения свободы. Во Вьетнаме арестовали и приговорили к пяти годам заключения гражданского журналиста, который выдвинулся в качестве независимого кандидата на выборах в Национальное собрание.

Спустя год в Гонконге в полной мере проявился негативный эффект принятого в 2020 году закона «Об обеспечении национальной безопасности» (ЗНБ). Из-за него распустилась как минимум 61 организация гражданского общества, включая самый большой в Гонконге профсоюз. С арестом десятков членов оппозиционной партии в январе фактически не осталось возможностей для существования организованной политической оппозиции. В октябре Amnesty International объявила о закрытии двух своих офисов в Гонконге из-за угрозы преследований по ЗНБ.

В Индии также усилилось давление на национальные и международные неправительственные организации: десятки организаций, занимавшихся темами прав человека и окружающей среды, столкнулись с приостановкой своих лицензий, отменой регистрации либо были вынуждены обращаться к властям за разрешением на получение и распределение любого финансирования. На Мальдивах продолжалось расследование в отношении уважаемой неправительственной организации «Демократическая сеть Мальдив».

Правозащитники

Убийства правозащитников происходили в нескольких странах, включая Афганистан, где их незаконные убийства совершались негосударственными субъектами. После захвата власти «Талибаном» многие бежали из страны либо были вынуждены скрываться, включая комиссаров и рядовых сотрудников афганской Независимой комиссии по правам человека. На Филиппинах правозащитников и экоактивистов обвиняли в связях с коммунистическими группами и вносили в особые чёрные списки, что фактически давало силовым структурам право на их ликвидацию.

Власти Китая усилили своё наступление на правозащитников. Многие из них длительное время находились за решёткой; часто сообщалось о применении к ним пыток и других видов жестокого обращения. По-прежнему ничего не было известно о судьбе и местонахождении нескольких адвокатов-правозащитников и активистов, арестованных в предыдущие годы. Между тем в Гонконге 24 человек приговорили к лишению свободы за то, что они мирно почтили память людей, погибших во время событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. В других странах, таких как Бангладеш, Вьетнам, Индия, Индонезия, Камбоджа, Малайзия, Монголия, Непал, Сингапур, Таиланд и Шри-Ланка, правозащитники сталкивались с гонениями, угрозами, арестами, судебным преследованием и тюремным заключением. Из Индонезии за год поступили сообщения о разного рода посягательствах, включая физическое насилие, цифровые атаки и угрозы, более чем на 357 правозащитников. В Бангладеш сотни человек (в том числе правозащитники, журналисты и активисты) были отправлены в тюрьму по закону «О цифровой безопасности». В Непале полиция в октябре арестовала 13 активистов, которые мирно требовали провести беспристрастное расследование гибели одной женщины и исчезновения другой в районе Банке.

Всё больше становилось известно о масштабах слежки, которую власти некоторых государств ведут за правозащитниками. В Индии, где многие правозащитники были официально признаны «врагами государства», вскрылась массированная незаконная слежка за правозащитниками. Благодаря расследованию Amnesty International стало известно, что во Вьетнаме велась кампания по незаконной слежке за правозащитниками внутри страны и за рубежом.

Из положительных событий необходимо отметить, что в Монголии был принят закон о консолидированной правовой защите правозащитников. Но как бы то ни было, защитникам своих прав, включая скотоводов, отстаивавших экологические и земельные права, по-прежнему поступали угрозы, их запугивали и привлекали к ответственности за законные действия.

Право на здоровье

Недофинансирование и коррупция внесли свой вклад в неспособность общественного здравоохранения в регионе надлежащим образом реагировать на пандемию коронавируса. В некоторых странах наблюдалась острая нехватка персонала, коек и оборудования, а значит, пациенты с коронавирусом не могли получить надлежащую медицинскую помощь. Это привело к тысячам предотвратимых смертей, в том числе в Индии и Непале, где в течение года происходили резкие всплески заболеваемости. В Индии и на Филиппинах поднимались вопросы по поводу непрозрачности и нарушений в управлении государственными средствами, выделявшимися на борьбу с пандемией.

Политический кризис в Афганистане и Мьянме поставил их и без того слабые системы здравоохранения на грань коллапса. Из-за того что международные доноры приостановили выделение помощи здравоохранению Афганистана, закрылись как минимум 3000 медицинских учреждений, включая ковидные больницы. В Мьянме доступ к лечению затруднялся бесчисленными нападениями на медицинские учреждения и персонал.

Некоторые страны испытывали трудности с вакцинами от коронавируса. Власти Северной Кореи отрицали существование коронавируса в стране и отклоняли предложения о поставках миллионов доз вакцин через механизм COVAX. Непал не получил ожидавшуюся партию вакцин, и 1,4 миллиона человек были вынуждены месяцами ждать второй дозы.

Дезинформация также способствовала низкому уровню вакцинации в некоторых странах. Например, в Папуа — Новой Гвинее, где по состоянию на конец года вакцинировались лишь 3% населения, власти не провели своевременной и доступной информационной и прививочной кампании.

В некоторых странах власти игнорировали призывы сократить тюремное население, чтобы сдержать распространение коронавируса. В антисанитарных и переполненных тюрьмах Таиланда было зарегистрировано порядка 87 тысяч случаев заражения среди заключённых. В Пакистане же, по сообщениям, заключённых вакцинировали в приоритетном порядке, а в провинции Синд в качестве профилактической меры некоторое количество заключённых отпустили на свободу. Вместе с тем в других провинциях тюремные администрации прекратили сообщать о количестве заражённых среди заключённых.

Жёсткие локдауны в некоторых странах мешали людям реализовывать права на здоровье и достаточное питание. Во Вьетнаме жителям Хошимина несколько недель подряд не давали покидать свои дома, в результате чего многие испытывали острый дефицит продовольствия и голодали. Аналогичные меры вводились в Камбодже в нескольких городах, что сильно мешало людям приобретать продукты, получать медицинскую помощь и другие жизненно важные товары и услуги.

Права трудящихся

Из-за пандемии работники здравоохранения по всему региону были чрезвычайно перегружены. Во многих странах они работали в невыносимых условиях, без надлежащей защиты и оплаты труда. В Монголии медицинские работники подвергались притеснениям со стороны властей и нападениям — со стороны разозлённых и отчаявшихся пациентов. В Индии общинные медицинские работники не получали надлежащих зарплат и средств индивидуальной защиты. В Индонезии происходили задержки с выплатой премий медикам за работу в условиях пандемии коронавируса.

Пандемия и связанные с нею ограничения имели тяжёлые социально-экономические последствия, что особенно больно ударяло по маргинализованным группам населения, включая тех, у кого не было постоянной работы и регулярных источников дохода. Так, в Непале ухудшение экономической ситуации в стране сильно сказалось на далитах и самых обездоленных группах населения, в частности на подённых работниках. Во Вьетнаме особенно сильно пострадали трудовые мигрантки, в том числе уличные торговки, многие из которых жаловались на то, что им не хватает еды и они не могут удовлетворять другие свои базовые потребности.

Права беженцев и мигрантов

События в Афганистане и Мьянме породили новые волны перемещения людей в регионе. После августовской хаотической эвакуации из кабульского аэропорта многие направились наземными маршрутами в Пакистан и Иран, но талибы ввели ограничения на выезд, а закрытие границ мешало людям реализовывать своё право обращаться за убежищем в третьих странах. К концу года власти Ирана и Пакистана вернули более одного миллиона афганцев, не имевших необходимых документов, причём большинство из них недобровольно.

Просителей убежища и мигрантов из Мьянмы тоже принудительно возвращали либо не пускали другие страны региона. Тайские пограничники выдворили около 2000 сельских жителей — каренов, которые спасались бегством от ударов военно-воздушных сил. Власти Малайзии депортировали более тысячи человек обратно в Мьянму, несмотря на серьёзный риск преследований и других нарушений прав человека.

Из-за положения, сложившегося с правами человека в Мьянме, стала невозможной добровольная репатриация беженцев-рохинджа из Бангладеш. В Бангладеш они по-прежнему были поражены в правах и не защищены от насилия. Более 19 тысяч из них перевезли на удалённый остров Бхасан-Чар, где они лишились прав на свободу передвижения.

В ряде других стран беженцев и мигрантов подолгу удерживали под стражей и подвергали жестокому обращению. В Японии просителей убежища и нелегальных мигрантов удерживали под стражей бессрочно. Как выяснилось в ходе расследования смерти шри-ланкийской женщины в центре содержания мигрантов, ей не оказывалась надлежащая медицинская помощь. Австралийские власти бессрочно и произвольно удерживали под стражей беженцев и просителей убежища как внутри страны, так и вне её. В Новой Зеландии задержанные просители убежища подвергались жестокому обращению. Тем не менее там произошли некоторые подвижки: правительство объявило, что состоится независимый пересмотр практики, согласно которой просителей убежища содержат в учреждениях уголовно-исполнительной системы по причинам сугубо иммиграционного характера.

В таких странах, как Вьетнам, Малайзия, Сингапур, Тайвань и Южная Корея, антиковидные меры несправедливо дискриминировали трудовых мигрантов.

Права женщин и девочек

В регионе произошли значительные ухудшения в сфере прав женщин и девочек. В Афганистане мгновенно испарился весь прогресс, достигнутый за 20 лет в области укрепления защиты и поощрения прав женщин. В новом правительстве, сформированном «Талибаном», женщины вообще не были представлены, и им запрещалось работать во многих секторах. Девочкам сильно ограничили доступ к образованию, а женщины — правозащитницы, журналистки, судьи и прокуроры сталкивались с запугиваниями и угрозами. Выступления в поддержку прав женщин разгонялись талибами с применением силы.

Сексуальное и гендерно обусловленное насилие, и без того широко распространённое во многих странах региона, усугубилось на фоне принимавшихся властями антиковидных мер. О повышенном уровне гендерно обусловленного насилия сообщалось, в частности, из Бангладеш, Папуа — Новой Гвинеи, с Фиджи и Шри-Ланки.  

Мало что удалось сделать тем, кто добивался привлечения виновников в насилии над женщинами к ответственности и обеспечения женщинам более существенной защиты. Китайские власти проводили кампанию по дискредитации эмигранток, которые прошли через так называемые «центры перевоспитания» в Синьцзяне и рассказали о происходившем там сексуальном насилии. В Пакистане парламент проголосовал за законопроект о домашнем насилии, однако противодействие консервативных партий, по сообщениям, вынудило правительство отправить документ на рассмотрение консультативного религиозного органа. Между тем сексуальное и гендерно обусловленное насилие в стране часто оставалось безнаказанным. В Непале ничего не делалось для изменения положений конституции, которые поражали женщин в гражданских правах, и пересмотра чрезмерно коротких сроков давности в случае изнасилований.

Права ЛГБТИ

ЛГБТИ подвергались гонениям и прочей дискриминации в законах и на практике во многих странах региона. В некоторых странах секс между людьми одного пола по взаимному согласию оставался уголовным преступлением.

В ряде стран разворачивались кампании против ЛГБТИ. В Малайзии свыше 1700 человек были отправлены в государственные реабилитационные лагеря, созданные, чтобы менять «образ жизни» и «сексуальную ориентацию» ЛГБТИ. Китайские власти продолжали вести кампанию по «зачистке» интернета от изображения ЛГБТИ. Там запретили демонстрацию «женоподобных» мужчин на телевидении, а аккаунты ЛГБТИ-организаций в соцсетях были закрыты. В Афганистане «Талибан» ясно дал понять, что не собирается соблюдать права ЛГБТИ.

На Тайване были сделаны небольшие шаги к признанию однополых браков, однако дискриминация ЛГБТИ продолжалась.

Права коренных народов

Бизнес-интересы и деградация окружающей среды всё сильнее разрушали традиции и источники средств к существованию коренных народов ре-гиона. Как минимум в одной стране были ослаблены юридические гарантии их защиты. В Бангладеш коренные народы сталкивались с нехваткой ресурсов из-за сведения лесов и захватов земель. Коренные народы Папуа — Новой Гвинеи протестовали против того влияния, которое оказывает глубоководная добыча полезных ископаемых на источники их средств к существованию и культуру. Одна коренная община в Малайзии подала в суд на руководство штата Селангор в связи с планами выселить их с их земель для реализации туристического проекта. В Непале и Таиланде коренным народам, принудительно выселенным в предыдущие годы, не давали вернуться назад и не предоставляли ни другой земли, ни средств к существованию.

На Фиджи парламент принял поправки к закону «О земельном трасте для итаукеи», согласно которым для получения ипотеки и аренды на землях, принадлежащих коренным народам, больше не требуется их согласие, что вызвало протесты, во время которых было задержано более десятка человек. Суды на Тайване предприняли ряд шагов, чтобы осуществить право коренных народов на землю и ведение традиционной охоты, однако в действующем законодательстве по-прежнему не обеспечивались достаточные механизмы защиты.

В Камбодже коренные народы и местные защитники лесов не могли попасть на свои исконные земли для проведения природоохранных мероприятий. И там, и в других странах усилия людей по сохранению своих земель наталкивались на задержания и насилие. В индонезийских провинциях Северная Суматра и Риау сотрудники частных охранных предприятий, нанимаемых компаниями по производству бумаги, жестоко избивали представителей местных коренных народов, которые пытались остановить высадку эвкалиптовых деревьев на своих землях.

На Филиппинах происходили аресты и убийства представителей коренных народов и защитников их прав. Так, неизвестные застрелили старейшину деревни Джули Катамин, которая была свидетелем по делу о полицейской облаве в декабре 2020 года, когда несколько человек были убиты, а лидеры народа тумандок задержаны. В Индии для далиток и женщин из коренных общин адиваси был особенно высок риск подвергнуться сексуальному насилию со стороны представителей доминирующих классов.

Преступления в рамках международного права

Организация Amnesty International собрала убедительные доказательства того, что китайское правительство в Синьцзяне совершало в отношении преимущественно мусульманских национальных групп такие преступления против человечности, как заключение в тюрьму или другое жестокое лишение физической свободы, пытки, преследование. Несмотря на все утверждения об обратном, власти продо-лжали осуществлять массовые задержания, применять насилие и запугивать население, чтобы искоренить исламские верования и тюркско-мусульманские этнокультурные практики.

Стороны вооружённого конфликта в Афганистане совершали серьёзные нарушения норм международного гуманитарного права, включая военные преступления. Этнические хазарейцы часто подвергались преследованиям, в том числе по время наступления «Талибана» и после захвата им власти. Более 100 бывших сотрудников силовых ведомств были подвергнуты насильственным исчезновениям либо казнены во внесудебном порядке «Талибаном»; только в одной провинции Дайкунди были казнены девять сдавшихся в плен военнослужащих-хазарейцев. «Талибан» несколько раз устраивал истребление мирных жителей — хазарейцев, в том числе в провинциях Газни и Дайкунди.

Военные Мьянмы осуществляли неизби-рательные нападения и прямые нападения на гражданское население. Они также блокировали внутренне переме-щённым лицам доступ к гума-нитарной помощи. Среди убитых военными в восточном штате Кая в декабре были два гуманитарных работника из фонда «Спасём детей».

Пытки и другие виды жестокого обращения

Очень мало было сделано для недопущения пыток и других видов жестокого обращения, которые повсеместно применялись в значительном числе стран региона. В Пакистане и Таиланде предпринимались шаги к введению уголовной ответственности за пытки. Однако в Таиланде предложенное законодательство не в полной мере отвечало международным стандартам. На Шри-Ланке новые правила, принятые в соответствии с законом «О предотвращении терроризма», повысили риски задержанных подвергнуться пыткам.

Из этих и других стран не прекращали поступать сообщения о пытках и жестоком обращении. В Мьянме было задокументировано массовое примене-ние пыток и других видов жестокого обращения к людям, которые выступали против переворота, в том числе со смертельными исходами. Власти Китая продолжали применять пытки к задержанным в Синьцзяне и других регионах страны, а также преследовали в судебном порядке тех, кто рассказывал о пережитом. В Непале пытки и другие виды жестокого обращения широко применялись в предварительном заключении для получения «признаний» и запугивания арестованных. Между тем по Уголовному кодексу 2017 года, где пытки появились в качестве отдельного преступления, не было вынесено ни единого приговора. В Малайзии люди часто гибли под стражей или вскоре после освобождения, и как минимум в нескольких случаях это было связано с избиениями и другими видами жестокого обращения во время их нахождения под стражей.

Безнаказанность

В значительном числе стран региона безнаказанность за серьёзные нарушения прав человека и преступления в рамках международного права представляла собой большую проблему.

Не свершилось правосудия для тех, кто пострадал от грубейших нарушений прав человека и преступлений в рамках международного права во время прошлых вооружённых конфликтов в Непале и на Шри-Ланке. В Непале механизмам право-судия переходного периода не удалось разрешить ни одного дела. После того как власти Шри-Ланки так и не смогли справиться с обеспечением правосудия на национальном уровне, Совет ООН по правам человека принял резолюцию о создании механизма для сбора доказательств международных преступлений, совершённых сторонами конфликта.

В отсутствие прогресса внутри некоторых стран Международный уголовный суд (МУС) начал самостоятельные расследования в отношении двух государств. Однако расследование преступлений против человечности, совершённых на Филиппинах в ходе «войны с наркотиками», было приостановлено на время, пока МУС рассматривал просьбу правительства Филиппин об отсрочке. МУС также возобновил расследования в Афганистане, но сосредоточился лишь на деяниях, совершённых «Талибаном» и группировкой «Исламское государство в Хорасане», игнорируя военные преступления афганских государственных силовых структур и военных и спецслужб США, что могло подорвать репутацию МУС и привести к дальнейшему укреплению безнаказанности. Власти Австралии не приняли никаких мер в отношении служащих сил специального назначения, в отношении которых в 2020 году было принято решение начать расследование в связи с предполагаемыми военными преступлениями, совершёнными на территории Афганистана.

Безнаказанность порождала новые нарушения прав человека и в других странах, включая Индию, где насиль-ственные исчезновения, пытки и другие виды жестокого обращения совершались повсеместно и систематически. В Пакистане в парламент был внесён законопроект с поправками к Уголовному кодексу, вводящими уголовную ответственность за насильственные исчезновения, однако предложенная защита от этого преступления была недостаточной. В Бангладеш власти, вместо того чтобы расследовать случаи предполагаемого исчезновения людей и незаконных убийств, отрицали всяческую ответ-ственность либо утверждали, что сотрудники силовых ведомств действовали в порядке «самообороны». Индонезийские силовые структуры по-прежнему практически безнаказанно совершали незаконные убийства в провинциях Папуа и Западное Папуа.

Рекомендации

Несмотря на ряд положительных изменений, уважение к правам человека и их защита в Азиатско-Тихоокеанском регионе продолжали ослабевать. Трагическое скатывание Афганистана и Мьянмы в кризис оказалось неудиви-тельным в регионе, где права человека часто игнорируются, где власти всё меньше готовы мириться с критикой, где женщин и девочек и представителей маргинализованных групп повсеместно дискри-минируют, где процветает безнака-занность. 

Власти государств должны соблюдать права на свободу выражения мнений, мирных собраний и объединений и содействовать их осуществлению. Необходимо отменить законы, ограничивающие такие права (в том числе ограничительное регулирование СМИ, доступа к интернету и деятельности неправительственных организаций), и прекратить произвольные задержания и аресты критиков властей. Следует уважать и защищать законную деятельность правозащитников.

Власти государств должны вынести уроки из проблем, возникших в ходе борьбы с пандемией коронавируса, и увеличить финансирование здравоохранения и инвестиции в защиту права на здоровье.

Власти государств региона должны прилагать больше скоординированных усилий к тому, чтобы преодолеть откат назад в сфере прав женщин и девочек, вызванный пандемией, а также бороться с сексуальным и гендерно обусловленным насилием. Следует усилить давление на правительство, сформированное «Талибаном» в Афгани-стане, чтобы заставить его вернуть права и свободы, отобранные у женщин и девочек.

Власти разных стран мира должны полностью прекратить возвращение людей в Афганистан и Мьянму, независимо от их иммиграционного статуса, пока не будет гарантировано соблюдение их прав человека. Необходимо положить конец содержанию просителей убежища под стражей только из-за их иммиграционного статуса.

Власти государств должны прилагать больше усилий для борьбы с безнаказанностью, проводя тщательные, независимые, беспристрастные, эффективные и прозрачные расследования преступлений в рамках международного права и привлекая предполагаемых виновников к ответ-ственности. Следует оказывать полное содействие процедурам международного правосудия.