Фото: Adnan Farzat/NurPhoto via Getty Images

Как пандемия COVID-19 повлияла на право на свободу собраний во Франции. Рассказывают волонтёры Amnesty International

Волонтёры Amnesty International исследуют, как изменилась ситуация со свободой собраний во Франции во время пандемии COVID-19. Франция имеет репутацию страны, граждане которой пользуются широкими правами на мирные собрания и забастовки. Большое количество законодательных и общественных инициатив обсуждались и обсуждаются публично, на улицах и площадях, в соответствии с принципами свободы выражения мнений и свободы собраний. Эти принципы закреплены как во французском, так и в общеевропейском законодательстве.

Часть 1 статьи 12 Хартии Европейского союза (ЕС) об основных правах
«Каждый человек имеет право на свободу мирных собраний и свободу объединения на любых уровнях, в том числе, в сфере политической деятельности, профессиональных союзов и гражданского общества. Отсюда вытекает право каждого человека учреждать совместно с другими профессиональные союзы и вступать в них в целях защиты своих интересов»


Закон от 30 июня 1881 года (подтверждён в 2009 году)
«Публичные собрания свободны»

Статья 1 Закона от 28 марта 1907 года (подтверждён в 2009 году)
«Общественные собрания вне зависимости от их цели могут проводиться без предварительного заявления»

Несмотря на закрепление во множестве законодательных документов права на свободу мирных собраний данное право было серьёзно ограничено после регистрации во Франции первых случаев заражения вирусом COVID-19. По общему мнению, пандемия началась приблизительно в декабре 2019 года, а в Европу вирус попал ориентировочно в январе. Франция объявила о первом случае заражения на своей территории 24 января, а к середине марта Западная Европа стала эпицентром пандемии, национальные правительства, в свою очередь, принялись вводить ограничительные меры для предотвращения распространения заболевания.

Являясь одной из наиболее пострадавших от вируса стран, в период первой волны Франция ввела ряд запретительных мер, сильно повлиявших на широкий круг прав и свобод, которыми её граждане пользовались до этого. Данные запреты вводились на основании чрезвычайного положения в области здравоохранения — исключительной правовой нормы, которое государство может ввести в случае бедствия, угрожающего здоровью населения. Чрезвычайное положение в области здравоохранения позволяло государству принимать необходимые запретительные меры для борьбы с санитарным кризисом. Они включают, в частности, ограничения или запреты перемещения по улицам, а также запрет собраний любого вида, закрытие ранее публичных учреждений и мест собраний.

Во Франции запреты вводились на основании чрезвычайного положения в области здравоохранения — исключительной правовой нормы, которое государство может ввести в случае бедствия, угрожающего здоровью населения

По правилам ЕС каждое государство обязано оповещать другое государство ЕС и Европейскую комиссию о характере, цели и сфере применения любых мер общественного здравоохранения до их введения, «если только необходимость защиты общественного здоровья не делает необходимым их немедленное введение».

Кроме того «представители национальных служб здравоохранения консультируются в Комитете по безопасности здоровья во взаимодействии с Европейской комиссией для координации:

  • Реакции государств на серьёзные трансграничные угрозы здоровью;
  • Информирования общественности и медицинских работников о рисках и кризисных ситуациях, которое должно быть адаптировано к национальным потребностям и специфике» (Европейская комиссия, без даты)

В итоге, несмотря на то, что Европейский Союз ставит перед собой цель выработать общие стратегические ответные меры в борьбе с пандемией, он хорошо осознаёт, что ситуация в каждой стране отличается, и, следовательно, принимаемые меры могут также отличаться. Как мы можем видеть, французское правительство следовало всем процедурам Евросоюза для чрезвычайных ситуаций в области здравоохранения.

Меры, принятые правительством Франции по предотвращению распространения COVID-19, менялись во времени в зависимости от предполагаемого уровня опасности. Первый локдаун был введён 17 марта 2020 года и закончился 11 мая. Любые встречи, собрания и мероприятия на улицах и в открытых публичных пространствах, предполагавшие присутствие более десяти человек одновременно, были запрещены на всей территории республики. После завершения локдауна любые собрания более чем на 5 тысяч человек оставались под запретом вплоть до конца августа. Начиная с 11 июля 2020 любые собрания более чем 10 человек были возможны только после уведомления и получения разрешения от представителей властей. Если в течение лета меры постепенно ослаблялись, то с 17 октября правительство ввело новые ограничения, включая комендантский час.

Во время объявления новых положений, включая комендантский час и частичный локдаун, запрет общественных собраний был среди наиболее заметных мер.

Анализ

В отношении недавних протестов, вспыхнувших во Франции после объявления чрезвычайного положения, можно сделать несколько замечаний.

Прежде всего, мы можем наблюдать разницу в реакции правительства на протесты в зависимости от их тематики. В феврале и июне 2020 года лицам, осуществляющим уход за больными, вместе с группами представителей других профессий было разрешено собираться в общественных местах, например, для того чтобы требовать большего признания их усилий во время кризиса.

В октябре 2020 года французы также вышли на улицы, чтобы выразить возмущение в связи с убийстовм учителя, обвинённого в использовании на уроке карикатур на пророка Мухаммеда. Ни одно из этих собраний не было ограничено, митинги в поддержку погибшего учителя даже были поддержаны правительством. Похожее отношение власти продемонстрировали в ходе протестов французских католиков, а также работников индустрии развлечений, которые провели массовые акции в середине ноября и декабре, первые требовали от правительства уважать их право исповедовать свою религию, вторые – их право работать. Даже если все эти собрания выражали недовольство или разочарование по поводу сложившейся ситуации, протестующие прямо не критиковали правительство за его действия, хотя и ярко демонстрировали несправедливость своего положени. При этом они не ставили легитимность действий правительства под вопрос непосредственно.

Протесты студентов и учителей так же, как и демонстрации против ношения масок были подавлены

С другой стороны, протесты студентов и учителей так же, как и демонстрации против ношения масок были подавлены. Хотя акции протеста проходили под разными требованиями, их объединяла одинаковая неудовлетворенность действиями правительства в ответ на пандемию COVID-19. Французские студенты и учителя, например, протестовали против непоследовательности в открытии школ в период локдауна. Хотя эта мера была принята с конечной целью поддержать экономику на плаву, первоначальные санитарные ограничения, введённые в школах, были сочтены протестующими как слишком слабые, не соответствующие никаким санитарным мерам и не отвечающие фактическому положению дел с пандемией. Во время этих манифестаций учителя угрожали прекратить свою профессиональную деятельность (droit de retrait — право отказа от работы), если условия для работы в школах не изменятся. Хотя агрессию проявили лишь отдельные демонстранты, протесты всё же встретили враждебную реакцию полиции, которая задержала в общей сложности четырёх человек и заявила, что имели место «недопустимые случаи нанесения имущественного ущерба во время столкновений». Ранее в том же году меньшие по числу участников «анти-масочные» митинги, направленные против обязательного правила носить маски вне дома, прошли во французской столице. От 200 до 300 человек были кратковременно задержаны полицией и более сотни получили штрафы в размере до 135 евро.

Сравнивая оба случая — когда демонстрации были подавлены и когда не были, — мы можем заметить, что, когда люди просто выражали недовольство своим положением и общим подходом правительства к кризису, реакция была гораздо мягче, чем когда ставились под сомнение ключевые решения правительства (такие как восстановление экономической деятельности). Этот контраст может быть объяснён тем фактом, что, хотя митинги за право работать или исповедовать религию могут быть неприятными для властей, протесты, выражающие сомнения в искренности намерений правительства по борьбму с пандемией, являются для властей гораздо более тревожными, так как они подрывают доверие к ним и их легитимность. 

Угроза свободе собраний в данном случае, как представляется, исходит из неспособности правительства применять ограничительные меры одинаково ко всем людям и всем собраниям независимо от их содержания. До пандемии администрация Эмманюэля Макрона уже сталкивалась с серьёзным общественным недовольством. В контексте кризиса в области здравоохранения способность властей обеспечить справедливый баланс в области прав человека в ещё большей степени ставится под сомнение. Укрепление права на мирные собрания могло бы быть первым шагом на пути к успешному прохождению этого теста.

Автор – Анна Изабель Филипяк
Перевод – Лилия Сафронова, Наталья Бирюкова, Софья Щербакова, Жанна Чабан

Мнение автора может не совпадать с мнением Amnesty International